ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И ТОПОГРАФИЧЕСКАЯ РЕГРЕССИЯ

Стандартный
0 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 5 (0 оценок, среднее: 0,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...


 Психоаналитическая теория формулирует обширную и связную модель функционирования человека относительно того, «чем гипноз является и чем не является» (Нэш, 1997, с. 291). Хотя Фрейд был впечатлен явной покорностью определенных загипнотизированных участников и уподоблял гипноз влюбленности, нет никаких доказательств в пользу того, что гипноз создает эротические или сексуальные отношения между терапевтом и пациентом. Такое положение дел заставило современных психоаналитических теоретиков (Baker, 1981, 1987; Fromm, 1979; Fromm & Nash, 1997; Gill & Brenman, 1959; Nash, 1991) уделять меньшее внимание сексуальным и агрессивным инстинктам по сравнению с традиционными психоаналитиками и, соответственно, больше подчеркивать наличие воображения, фантазии и других выражений первичного процесса мышления во время гипноза.

На основе обзора более ста исследований гипнотической возрастной регрессии Нэш (1987) заключил, что гипноз не позволяет участникам буквально и заново испытывать события детства или действовать по-детски искренне. Нэш (1991) скорее придерживается того мнения, что гипноз порождает топографическую регрессию, определенными свойствами схожую с феноменом возрастной регрессии. Эти свойства включают увеличение материала первичного процесса, более спонтанные и интенсивные эмоции, необычные телесные ощущения, непроизвольный опыт и тенденции к перенесению основных характерных черт значимых людей на гипнотизера (напр., перенос).

Многие участники действительно сообщают о необычных перцептивных и телесных ощущениях во время и после гипноза. Однако исследования показывают, что сообщения загипнотизированных испытуемых не отличимы от сообщений испытуемых, принимавших участие в разнообразных тестовых испытаниях без гипноза, которые включали в себя закрывание глаз, расслабление, воображение предлагаемых событий и сосредоточение на тех же частях тела, что и при гипнотических внушениях (см. Сое & Ryken, 1979; Lynn, Brentar, Carlson, Kurzhals, & Green, 1992). Очевидно, что изменение телесных ощущений под гипнозом ни в коем случае не является ни уникальным, ни специфическим.

Поддержка психоаналитических концепций пришла совсем с другой стороны. Несколько исследований (см. Mare, Lynn, Kvaal, Segal, & Sivec, 1994) согласуются с предположением, что гипноз усиливает первичный процесс мышления. Тем не менее неясно, относится ли усиление первичного процесса во время гипноза к внушениям на закрывание глаз, на расслабление и направление внимания на образы или же оно относится к уникальным характеристикам самого гипноза. Исследования, документально подтверждающие роль бессознательных влияний на гипнотические реакции (Frauman, Lynn, Hardaway, & Molteni, 1984), на ощущение безволия во время гипноза (см. Lynn, Rhue, & Weekes, 1990), на важность раппорта (см. Lynn et al, 1991; Sheehan, 1991) и на связь с гипнотизером (Nash & Spinier, 1989) — тоже в основном поддерживают теорию Нэша. Хотя данные, полученные в этих исследованиях, можно объяснить и не в психоаналитических терминах, все же они подчеркивают эвристическую ценность психоаналитической теории.





Комментарий к статье