Особенности стиля предпринимательской деятельности русского купечества

Стандартный
0 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 5 (0 оценок, среднее: 0,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...


Оценка самими купцами своей деятельности, свидетельства современников, а также конкретные исторические эпизоды убеждают в том, что большинство вышеназванных черт русского национального характера проявлялись в деятельности предпринимателей, прежде всего, в стиле профессиональной деятельности.

Профессиональный стиль в качестве компонентов включает в себя особенности организации деятельности и межличностных отношений (Толочек, 1998). В стиле профессиональной деятельности отечественных предпринимателей нами выделяются, прежде всего, доминирующая направленность, ценности и цели, особенности взаимодействия купечества с персоналом, партнерами, наставниками, а также степень включенности в процесс производства.

Стиль профессиональной деятельности характеризуется, в частности, устойчивой доминирующей направленностью, проявляющейся во взаимодействии предпринимателя с окружающим миром. Под направленностью в системе бизнеса понимается ориентация на дело или ориентация на человека. Русский стиль отличался, прежде всего, ориентацией на человека.

Институт наставничества являлся неотъемлемой частью профессионального становления отечественного предпринимателя. В детском и юношеском возрасте патронаж осуществлялся в форме обучения и контроля, в зрелом возрасте — в форме советов, помощи. Многие сыновья до конца жизни своих отцов не отделялись от отеческого дела, а после смерти отцов продолжали его. Сложившаяся ситуация отнюдь не означала несамостоятельности в деятельности молодых предпринимателей и как следствие — развития у них потребительской позиции. В России богатство было индивидуальным, а не семейным, и наследодатель мог распоряжаться им по своему усмотрению (Бурышкин, 1991). Потребность в таком патронаже испытывали обе стороны: воспитанник стремился научиться, а наставник — передать накопленный позитивный опыт. Часто в роли наставников выступали не родственники и даже не представители купеческого сословия, а близкие по духу люди. Например, покровителем и наставником С. И. Мамонтова являлся Ф. В. Чижов, профессор математики, близко знавший Гоголя, Аксакова, игравший заметную роль в общественной жизни страны. Чижов участвовал вместе с Мамонтовым в строительстве Московско-Ярославской железной дороги, являясь его партнером в деловой сфере. Под патронажем Чижова Мамонтов приобрел опыт финансиста-администратора в деле строительства и эксплуатации железных дорог.

Между наставниками и воспитанниками складывались неформальные, эмоционально теплые, доверительные отношения. Например, Чижов, завещая свое наследство для создания сети технических училищ в своем родном городе Костроме, назначил Мамонтова своим душеприказчиком. Сходство мировоззренческих взглядов Чижова и Мамонтова, проявившееся в принятии и пропаганде «русской идеи», еще более укрепило их союз. Чижову принадлежала идея создания акционерного общества по строительству Московско-Ярославской железной дороги, первого в России предприятия такого рода, основанного без привлечения иностранного капитала. Именно с деятельностью купечества связывал Чижов возрождение величия России и в области производства, и в сфере культуры. В своем дневнике он писал: «Купцы — первая основа нашей жизни» (Арензон, 1995, с. 39).

Для отечественного профессионального стиля было характерно использование методов эмоционального воздействия на личность: неформальное взаимодействие, личное обращение за помощью к работникам и др. Известная японская традиция «личных рукопожатий» руководителя предприятия со всеми работниками в начале рабочего дня напоминает традиционные «совместные перекуры» на предприятии С.Т. Морозова (Морозов, 1996).

Для русского рабочего важно было осознавать свою необходимость, чувствовать уважение к себе со стороны хозяина, понимать, что именно от него, его личного участия зависит благополучие общего дела. Опытные руководители использовали данный прием воздействия (возможно, часто и неосознанно). По воспоминаниям очевидца, Губонин, например, перед началом тяжелой работы выходил к рабочим, снимал перед ними картуз, низко кланялся и говорил: «Ребятушки, работа будет тяжелая и грязная. Я не хочу вас обманывать. Но только надеюсь на вас, на вас, как на каменную гору, — не дадите меня в обиду». Потом устраивал для них двухнедельное угощение, а уж после «только держись! По пояс в болоте стоят, в грязи копаются, а работают. У другого подрядчика давно бы сбежали. Кончат работу — Петр Ионович опять картузик снимет и поклонится: „Спасибо, молодцами работали“. И опять угощение» (Московские легенды…, 1993, с. 156-157).

В русском предпринимательстве принято было доверять своим партнерам. Яркий пример тому — заключение сделки между купцами в форме устного договора. В связи с этим интересен следующий пример. Известный русский художник В. В. Верещагин взял с позволения Третьякова свои картины из его галереи для проведения выставки в США. Привыкший иметь дело с П. М. Третьяковым, который говорил, что его слово «крепче документа», Верещагин не заключил юридического договора с американцами, на словах договорившись с ними предоставить картины для выставки сроком на год. В результате Верещагин был вынужден написать извинительное письмо Третьякову, так как предприимчивые американцы задержали картины еще на год, аргументируя это отсутствием письменного договора (Верещагин, 1963, с. 85-86).

Отечественные предприниматели старались «держать свое слово» даже в неблагоприятных ситуациях, предпочитая расплатиться с долгами, несмотря на нанесение ущерба собственному делу. Вознаграждением за такое поведение являлись взаимное доверие и благодарность партнеров. На фабрике Гучковых случился пожар, но, чтобы не потерять доверия со стороны партнеров, Е.Ф. Гучков постарался выплатить все обещанные им суммы денег. В ответ было получено письмо от партнеров — помещиков-овцеводов: «Считаем долгом своим выразить перед Вами, что давно известная неизменность правил честности, которые всегда отличали Вашу торговлю, не изменились в неблагоприятное для Вас время. Вы не только не остановились в исполнении начатой с компаниею сделки, но, приняв сговоренную Вами шерсть, заплатили все деньги сполна, ранее даже определенного срока…» (Очерк…, 1867, с. 12). Аналогичным образом поступил Т. В. Прохоров в ситуации кризиса производства на фабрике. Он предпочел отдать все товары, фабричные здания и все имущество, только бы расплатиться с долгами. Его выручил авторитет, которым он пользовался благодаря своей честности; кредиторы, которые могли бы получить прибыль от разорения Прохорова, отсрочили платежи на неопределенное время (Прохоровы…, 1996).

Такова была традиционная система взаимодействия с деловыми партнерами, поэтому Я. В. Прохоров выражал недоумение в письме к новому партнеру (английская компания), требующему предоплату за свою работу. Он писал: «Что касается до верности заказа, то вы имеете от нас записку, а в подобных обстоятельствах нам доверяют, нашему честному слову, и еще никто от нас не имел в оном неприятностей» (там же, с. 125).

Сами названия предпринимательских союзов в России — «Полное товарищество», «Товарищество на вере», «Акционерное товарищество», «Артельное товарищество» (понятия, употребляемые в качестве синонимов «артели»: «братство», «дружина», «община», «согласие», «братчина», «обчая», «стая», «ватага», «складчина») — говорят сами за себя. Основными принципами их организации являлись партнерство, добровольное объединение, согласие, кодекс чести, коллективной ответственности, а основными ценностями -сопричастность, соучастие (Шорохова, 1999).

Стиль профессиональной деятельности русских купцов характеризовался также непосредственной включенностью предпринимателей во все стадии организации производства. В отличие от русского, например, в американском предпринимательстве рано возникает разделение функций между хозяином дела и руководителем организации, появляется должность менеджера. Американский владелец предприятия мог ничего не знать о технической стороне дела; более того, даже руководители предприятия предпочитали обращаться к консультантам. Российские предприниматели дореволюционного периода, напротив, хорошо знали все стороны технологии производства своей продукции, сами пытались обучать нанимаемых на фабрику работников.

Директор училища при фабрике Прохоровых П. Терентьев вспоминал, что Т. В. Прохоров на фабрике «успевал всюду быть и все видеть: ни одно дело не начиналось без его личного надзора, без его непосредственного распоряжения». Он же писал, что К. В. Прохоров умел предъявить точные и определенные требования к мастерам, так как все детали и особенности ситценабивного дела он знал в совершенстве. Кроме того, владея искусством крашения тканей, Прохоровы сами обучали этому ремеслу нанимаемых на фабрику работников (Прохоровы…, 1996).

Инженер Тихонов с фабрики Морозовых так описывал ежедневную деятельность Саввы Тимофеевича: «Возбужденный, суетливый, он бегал вприпрыжку с этажа на этаж, пробовал прочность пряжи, засовывал руку в самую гущу шестеренок и вынимал ее оттуда невредимой, учил подростков, как надо присучивать оборванную нить. Он знал здесь каждый винтик, каждое движение рычагов» (Кузьмичев, Петров, 1993, с. 76). Как писал Я. В. Прохоров в одном из писем, «главное достоинство нашей фабрики — то, что у нас все обрабатывается под собственным нашим присмотром, и мы сами всему есть мастера» (Прохоровы…, 1996, с. 106).

Потребность участвовать непосредственно в значимом деле проявлялась и в деятельности по созданию учреждений общественного характера. Участник труппы Русской частной оперы вспоминал, что С. И. Мамонтов работал так же много и тяжело, как и все остальные члены труппы; он всеми руководил, видел цель каждого спектакля, всего предприятия в целом, полностью контролировал состояние дел (Арензон, 1995). Аналогичные качества демонстрировал и С.Т. Морозов, который участвовал в подготовке осветительных эффектов для сцены театра и трудился в поте лица вместе со слесарями, электросварщиками, осветителями (Думова, 1992).

В стиле профессиональной деятельности отечественных предпринимателей нашли отражение и отрицательные черты русского народа. Пример тому — недостаток инициативы, делегирование ответственности в ситуации неудачи. В подобных обстоятельствах отечественные предприниматели склонны были проявлять пассивность, реализуя экстернальную позицию. Они предпочитали обращаться в поиске причин трудностей и их преодоления за помощью к внешним силам (чаще всего к правительству) и не использовали в должной степени собственные внутренние ресурсы.

Обратимся к примеру льняной промышленности, являющейся традиционной сферой отечественного производства. Консерватизм и ригидность предпринимателей, занятых в данной отрасли, долго не позволяли им расстаться с рутинным ведением дел: использовались старые ручные станки, производился не пользующийся спросом потребителей товар. В поисках причин своих неудач предприниматели проявляли экстернальный локус контроля, обвиняя в своих проблемах, прежде всего, обстоятельства. Например, одну из причин неудач они видели в низком качестве отечественного льна. Вместе с тем тот же лен в огромных количествах вывозился за границу. «Стало быть, по природе своей он недурен», — говорил Безобразов (Безобразов, 1865, с. 258). О том, что существовала возможность производить из российского отечественного льна качественный товар, свидетельствовали импортные изделия, изготовленные из отечественного сырья.

Кардинальным образом изменяется поведение отечественных предпринимателей в ситуации успеха, которая выступала для них своеобразным поощрительным стимулом: купцы оказались способными проявить активность, гибкость при переходе к использованию новых средств для решения проблем в изменившихся условиях. Деятельность «хлопчатобумажных» фабрикантов — тому пример.

Ситуация, в которой происходило становление и развитие хлопчатобумажной промышленности, складывалась из совокупности целого ряда благоприятных факторов: протекционистская политика государства (высокий таможенный тариф и др.), повышенный спрос потребителей и относительная (по сравнению с льняной промышленностью) легкость технологии производства продукта. Экспертная комиссия Промышленной выставки 1882 г. сделала вывод о том, что хлопчатобумажная промышленность явилась «поразительной новинкою, указывающей на возможность при более энергичной предприимчивости» производить «первоклассные достоинства пряжи». Кроме того, эксперты отметили в качестве заслуги хлопчатобумажных фабрикантов умение рационально вести хозяйство, повышение профессионального уровня рабочих (Отчет…, 1884, с. 268).

Таким образом, купцы, испытывая страх перед неудачей, ожидали внешнего поощрительного воздействия. В связи с этим можно констатировать существование у них мотивации избегания неудач в ущерб мотивации достижения успеха. Сложные задачи, возникающие перед ними, не выступали сами по себе стимулом для проявления активности, желания преодолеть эти трудности, приложив максимальные усилия. Эта особенность является свидетельством принадлежности к типу «репрессивной культуры» ввиду наличия консерватизма, недостатка активности и творчества в новой ситуации. В связи с этим Якобсон писал, имея в виду отечественных предпринимателей, что они часто являлись «пассивной силой, способной проявлять себя только под давлением другой силы, тем или другим способом воздействующей на них» (Якобсон, 1897, с. 50).

Еще одной, скорее негативной чертой отечественных предпринимателей являлась их склонность проявлять чрезмерную активность в ситуациях временного благоприятствования, таких как «урожай, возвышение таможенного тарифа, чрезвычайный выпуск бумажных денег и прочее» (Отчет…, 1884). Действия предпринимателей в подобных ситуациях отличались импульсивностью, отсутствием четко продуманного плана, объективной оценки своих возможностей. В. П. Безобразов писал об укоренившейся в наших фабрикантах «болезненной наклонности непомерно, со спекулятивным азартом расширять свое производство при всяком благоприятном случае. Малейшее оживление спроса возбуждает в надежде на будущее усиленное, горячечное увеличение производства, несоображенное с верным расчетом и всякий раз далеко превосходящее действительный сбыт. При этом происходит бездумное пользование кредитом — сперва для раздутия производства (даже для постройки новых фабрик и затраты новых основных капиталов в старые заведения), и потом для форсированного сбыта не идущего с рук товара». Это «недуг» неоднократно исследовался Безобразовым и, по его мнению, не поддавался излечению: «Никакой горький опыт, столько раз повторявшийся в совершенно тождественных формах, не мог до сих пор вразумить наших фабрикантов: чрезвычайные наживы в жирные годы вознаграждают их за капиталы, убитые в голодные годы, и они легко позабывают истинные мучения. По натуре своей они предпочитают эту азартную игру (на авось) правильному солидному ходу дела» (Отчет…, 1884, с. 275). На данное качество указывает и другой автор (Якобсон, 1897), который говорит о своеобразной политике «срывания» плодов, бытующей в среде отечественных предпринимателей.

Некоторые купцы, проявляя критичность мышления, сами замечали и подчеркивали в среде своих коллег этот и другие недостатки (Подлинные мнения купцов о причинах упадка купеческих капиталов, 1823). Так, например, московский 1-й гильдии купец К. Н. Кузин гораздо раньше указанных авторов, еще в 1823 г., писал, что есть таковые купцы, которые, не соразмеряя состояния своего в торговле, занимают в Коммерческом Банке, надеются на авось (Подлинные мнения…, 1823).

Надежда на авось тесно связана с еще одной характерной чертой русского народа — предпочтением действовать в последний момент, опираясь на принцип «успеется». В связи с этим показателен следующий пример. Участники Промышленной выставки 1896 г., имея в запасе достаточно времени для доставки на нее своих экспонатов, предпочли привезти все в последние дни. В результате на железнодорожной станции за несколько дней до открытия выставки скопились сотни вагонов, которые почти нереально было разгрузить даже за неделю (Всероссийская…, 1897). Среди предпринимателей началась паника. Якобсон, являясь очевидцем событий, назвал этот момент «быть или не быть». На помощь предпринимателям пришло правительство. Министр финансов лично прибыл в Нижний Новгород и сумел организовать быструю разгрузку вагонов. Н. Я. Якобсон писал: «Энергичное содействие правительства в критическую минуту произвело на экспонентов в высшей степени благоприятное впечатление. Экспоненты в благодарность за эту поддержку проявили чрезвычайную энергию в другом „знаменательном моменте“: за одну ночь сделали столько доделочных работ, сколько было сделано за две недели» (Якобсон, 1897, с. 23). Здесь, в свою очередь, проявилась еще одна национальная черта (скорее позитивная, чем негативная) — эффективность коллективного действия, способность действовать сообща, в едином порыве («Эй, ухнем»).

Подводя итог вышесказанному, можно утверждать, что специфика менталитета отечественного купечества дореволюционного периода, рассмотренная на примере московских предпринимателей, определялась, в первую очередь, русским православием. Оно задавало стиль жизни в широком смысле, определяя функционирование всех сторон жизни купечества: идеологии, политики, культуры, этики, быта, нравственности.

Православие с его основными принципами (миссионизм, соборность) определило: во-первых, тип культуры («репрессивный»); во-вторых, черты русского национального характера (смирение, гуманность, самоограничение, нестяжательство, чувство долга и др.); в-третьих, присущие русскому народу ценности (ценностно-рациональные мотивы поведения, морально-нравственная регуляция деятельности, принцип коллективизма); в-четвертых, особенности национального самосознания. Купечество являлось ярким выразителем «русской идеи», приоритета национальных ценностей, служения Отечеству во всех сферах своей деятельности (производственной, общественно-благотворительной).

Вышеназванные факторы в совокупности определили особенности менталитета русского купечества, которые проявились: во-первых, в построении общинного типа экономики, во-вторых, в стиле профессиональной деятельности, в-третьих, в особенностях общественной активности купечества.

Для общинной модели экономики характерны такие черты, как: коллективизм, поддержание духа общности и ответственности перед сообществом; мотивирование труда преимущественно моральными, а не материальными стимулами; применение в управлении хозяйственным процессом главным образом моральных, отеческих форм воздействия.

Стиль профессиональной деятельности отечественных предпринимателей включал следующие особенности: направленность на человека; патриархально-семейный тип взаимодействия между хозяином и работниками; принцип наставничества; использование методов эмоционального воздействия на личность; доверие по отношению к деловым партнерам; включенность предпринимателя во все стадии организации производства.

В менталитете русского купечества нашли свое выражение и отрицательные черты русского характера: чрезмерная активность, импульсивность и отсутствие четкого плана в ситуации временного благоприятствования; привычка действовать в последний момент, надеясь на русский «авось»; потребность в покровительстве извне, ожидание внешнего поощрительного воздействия и, как следствие, отсутствие активности и решительности в неблагоприятной ситуации.

Морально-нравственные нормы являлись основным регулятором деятельности отечественных предпринимателей дореволюционного периода.

Литература

  • Арензон Е. Р. Савва Мамонтов. М., 1995.
  • Безобразов В. П. Очерки Нижегородской ярмарки. М., 1865.
  • Бердяев Н. Судьба России. Опыты по психологии войны и национальности. М., 1990.
  • Бурышкин П.А. Москва купеческая. М., 1991.
  • Верещагин В. В. Переписка В. В. Верещагина и П. М. Третьякова 1874-1898 гг. М., 1963.
  • Всероссийская промышленная и художественная выставка 1896 г. в Нижнем Новгороде. Успехи русской промышленности по обзорам экспертных комиссий. СПб., 1897.
  • ГавлинМ. Российские Медичи. Портреты предпринимателей. М., 1996.
  • ДумоваН.Г. Московские меценаты. М., 1992.
  • Касьянова К. О русском национальном характере. М., 1994.
  • Киселев А. (протопресвитер). Пути России, Нью-Йорк, 1990.
  • Кольцова В. А. Системный подход в разработке истории отечественной психологической науки // Психологический журнал. 2002. №2. С. 6-18.
  • Кольцова В. А Дефицит духовности и нравственности в современном российском обществе // Психологический журнал. 2009. №4. С. 92-94.
  • Кольцова В. А., Медведев А. М. Об изучении истории психологии в системе культуры // Психологический журнал. 1992. №5. С. 3-11.
  • Кольцова В. А., Федоркова И. Р. Социально-психологический портрет московского купечества конца XIX-начала XX веков // Проблемы субъекта в психологической науке. М., 2000.
  • Кольцова В.А., Федоркова И.Р. Деятельность Московского купеческого общества как модель социально и духовно ориентированной предпринимательской культуры // Актуальные проблемы психологии труда, инженерной психологии и эргономики. М., 2011. Вып. 2. С. 598-612.
  • Кузьмичев А., Петров Р. Русские миллионщики. Семейные хроники. М., 1993.
  • Лосский Н. О. Характер русского народа. М., 1990. Кн. 2.
  • Московские легенды, записанные Евгением Барановым. М., 1993.
  • Отчет о Всероссийской художественно-промышленной выставке 1882 г. в Москве. Отчет административный и исторический. Т. I / Под ред. В. П. Безобразова. СПб., 1884.
  • Очерк торговой и общественной деятельности Мануфактур Советника, Почетного гражданина и Кавалера, бывшего Московского Городского Головы Е. Ф. Гучкова. СПб., 1867.
  • Преподобные Старцы Оптинские: жития и наставления. 2-е изд. Свя-то-Введенская Оптина Пустынь, 2004.
  • Прохоровы: материалы к истории Прохоровской Трехгорной мануфактуры и торгово-промышленной деятельности семьи Прохоровых. 1799-1915 гг. / Сост. П. Н. Терентьев. М., 1996.
  • Саракуев Э.А., Крысъко В. Г. Введение в этнопсихологию. М., 1996.
  • Сытин И.Д. Жизнь для книги. М., 1962.
  • ТолочекВ.А. Стили профессиональной деятельности. М., 1998.
  • Федоркова И. Р. Психолого-историческая реконструкция Московского Купеческого Общества как субъекта предпринимательской активности: Автореф. дис…. канд. психол. наук. М., 2000.
  • Федоркова И. Р. Психология российского купечества дореволюционного периода. М., 2005.
  • Шорохова Е. В. К истории исследования предпринимательских общностей в России // Динамика социально-психологических явлений в изменяющемся обществе. М., 1996. С. 144-151.
  • Якобсон Н.Я. Что такое была Нижегородская выставка 1896 года. СПб., 1897.

Архивные материалы

  • Дела об увольнении в монашество лиц купеческого сословия // ЦИАМ, ф. 2. on. 1, е.х: 249-5153.
  • Дело об учреждении опеки над имуществом Рябушинского Николая Павловича за его расточительство (1900 г.) // ЦИАМ, ф. 3, оп. 4, е.х. 2719.
  • Капитал на выкуп из Временной тюрьмы и на оплату податей бедных мещан (перед пасхой) // ЦИАМ, ф. 3, on. 1, е. х. 445.
  • Об объявлении купцов несостоятельными должниками (13 января-20 декабря 1889 г.) // ЦИАМ, ф. 3, оп. 4, е.х. 1032.
  • О явке приглашенных во дворец жен и детей лиц купеческого сословия в русских национальных костюмах // ЦИАМ, ф. 1, on. 1, е. х. 4539.
  • Подлинные мнения купцов о причинах упадка купеческих капиталов (1823 г.) // ЦИАМ, ф. 2, on. 1, е. х. 1518.
  • Формулярные списки о службе купцов // ЦИАМ, ф. 3, оп. 3, е. х: 1-751.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарий к статье

Войти с помощью: 

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Обнаружен включенный блокировщик рекламы

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: