Методы исследования одаренности взрослых, применявшиеся в Америке

Стандартный
0 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 5 (0 оценок, среднее: 0,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...


Для того чтобы получить ясное представление о методах, которые применялись в Америке для исследования одаренности взрослых, нет надобности иметь перед собой полностью все задачи, которые должны были разрешить испытуемые. Если вообще научная аппаратура была бы не только бесполезным, но иногда и опасным материалом при распространении ее в широких кругах неспециалистов, то по отношению к психологической аппаратуре, к которой можно отнести и тесты, это применимо не в меньшей, если не в большей степени.

Легкость применения и кажущаяся легкость получения выводов без знания научных основ психологии и экспериментальной методики может вызвать совершенно превратное представление о сущности научной работы и повести к серьезным недоразумениям. Недостаточно серьезный, с научной точки зрения, подход к экспериментальному исследованию психологических и педологических вопросов не раз вызывал бесполезную трату времени и сил педагогов и разочарование в значении современной научной работы. Необходимо прибавить, что распространение тестов для исследования взрослых в широких кругах нежелательно и потому, что это затрудняет возможную работу по постановке исследований необходимостью составления нового материала, а может быть и изменения самих методов. Так, американскими психологами было выработано по десять вариаций отдельных тестов, которые имелись в инструкциях для руководителей опытами и, конечно, эти вариации не получали предварительной огласки.

Весьма важно, однако, выяснить самую идею метода, общий характер задач и психологическое содержание требовавшейся от испытуемых работы.

Психологическое исследование личности может идти двумя путями. Экспериментальная психология обладает более или менее точными методами для исследования отдельных функций: памяти, внимания, мышления, комбинирующей функции и пр. Более или менее полное исследование этих проявлений личности дает возможность судить о силе развития каждого из них в отдельности и его типических или индивидуальных особенностях. Сводя вместе данные относительно отдельных функций, психолог видит как бы в общей картине отражение индивидуальных особенностей личности: сильное развитие одних функций, ослабление других, своеобразную форму протекания третьих.

Но задача, которую ставит психологу научное исследование личности и требования жизни, этим не решается. Живая личность не есть простая сумма отдельных процессов, и ее деятельность не представляет последовательной смены частичных, простых по своей природе функций. Эти функции в целях точного изучения искусственно выделяются в экспериментальных условиях. Но в конкретной жизни личности отдельная функция входит лишь как частный ингредиент в каждое проявление, всегда сложное по своей структуре. Каждый жизненный акт есть результат как бы внутреннего орошения, сплетения отдельных функций. Влияние одной функции на общий результат психической работы данного момента или на характер общей работоспособности личности будет обнаруживаться лишь частично, иногда только косвенно. Это влияние всегда ослабляется или усиливается в зависимости от других привходящих факторов и от своеобразия того сочетания простых функций, которое составляет структуру целостного психического акта. Для уяснения особенностей личности важно знать поэтому не то, насколько сильно выражены отдельные стороны психической жизни, а как протекают основные жизненные операции, главные формы сложных функциональных сплетений, из которых состоит жизнь личности. Зная особенности простых, односторонних проявлений психической работы, трудно реконструировать характер жизни целостной личности, как она проявляет себя в выполнении жизненных и профессиональных задач, всегда сложных по своей психологической природе, захватывающих личность в целом. Суждения, основанные на этом методе, будут всегда условны. На вопрос о способностях личности ответ будет косвенный, приблизительный, поскольку изучению подвергался не самый интересующий факт, а отдельные условия его. При полноте и тщательности исследования можно дать правильную оценку общей одаренности, но, вообще говоря, высказывать определенное суждение об одаренности, изучив отдельные функции, нет достаточных оснований: одно из данных остается постоянно неизвестным.

Возможность точного измерения, научной обоснованности и ясности отдельных выводов — на стороне этого метода. Но он требует тщательной лабораторной постановки опытов, длительного изучения целого ряда функций и соответствующей технической обстановки.

Учитывая вышеуказанную сложность всех жизненных проявлений личности и желая получить в эксперименте верное отражение той продуктивности, на которую способна личность в процессе естественного развития и в обычной работе, психологи и пришли к мысли в исследованиях одаренности применять другой метод, в котором от испытуемого требуется психическая работа, близкая по своему характеру к типичным процессам, необходимым в жизни или профессиональной работе. Примитивные примеры подобного рода испытаний ума посредством задач на сообразительность, находчивость имеются в фольклоре всех народов.

Для успешного применения этого метода в исследованиях общей или специальной одаренности необходимо предварительное выяснение психологической природы тех видов деятельности, которые являются главными для лиц определенной профессии или характерными для проявления умственной одаренности. Когда выполнен такой анализ наиболее важных видов работы, то дальнейшая задача будет заключаться в создании таких экспериментальных условий, где испытуемому будет предстоять работа, включающая такое же сочетание основных функций, которое имеется и в действительной жизненной работе. Все искусство изобретателей должно заключаться в том, чтобы краткость и упрощение работы в эксперименте, по сравнению с действительной, оставляло нетронутым самое существо последней, чтобы от испытуемого требовалось приблизительно то же проявление психических сил, которое может характерно отличать более одаренного от менее одаренного в жизни.

Принимая во внимание сложную природу выполняемых в опыте операций, здесь нельзя рассчитывать на точность измерений в собственном смысле слова. Однако искусство в составлении задач должно проявиться и в том, чтобы они, оставаясь качественно однородными, имели различную степень трудности или в каком-нибудь другом отношении допускали внесение количественного учета результатов, сравнимость результатов. Конечно, нельзя одаренность измерять, придавая математический смысл этому термину, как нельзя сказать, что такая-то задача или теорема в 3—4 раза труднее другой. Но самое существо проблемы требует распределения лиц по степени одаренности на основе сравнительной оценки результатов, а сравнимость результатов требует во всяком случае, чтобы работа, выполняемая при решении тестов, была ясна по своей психологической природе. Наконец, задачи должны представлять для испытуемого известную новизну, чтобы в их решении актуально проявлялись психические силы человека, а не просто влияние случайных навыков, знаний и личного опыта.

При кажущейся простоте и удобстве в техническом отношении этот метод, при малейшей претензии на научность, достоверность и точность выводов, требует необычайно глубокого понимания психических процессов, строго продуманной и искусно выполненной техники.

Каждый из этих двух методов имеет свои ценные стороны и может оказаться более пригодным в зависимости от задачи, которая стоит перед исследователем. Где есть возможность длительного и многостороннего исследования в лабораторной обстановке, где важно подробное выяснение качественных особенностей душевной жизни личности, там может применяться первый метод. Но когда необходимо быстро обследовать множество лиц, когда достаточно получить лишь справку об общем уровне развития их интеллектуальных сил, тогда первый метод будет неприменим уже по своей громоздкости, а второй не только технически удобен, но при помощи него можно получить довольно быстро прямой ответ на вопрос, поставленный в такой общей форме.

Вполне понятно, что основные исследования в американской армии, имевшие целью массовое обследование призванных для ориентировки в их умственных способностях и надлежащего распределения между ними обязанностей военной службы, использовали именно второй из указанных выше методов. В целях получения более полных и точных данных и проверки их в сомнительных случаях, было выработано несколько систем тестов.

Исследования производились в таком порядке. Представленная для исследования группа прежде всего разделялась на две части: грамотных и неграмотных. Для каждой из групп предназначались особые исследования. Таким образом, было две главных системы тестов: «альфа» — для грамотных и «бэта» — для неграмотных, причем в группу к неграмотным присоединялись и те, которые оказались несостоятельными в исследовании «альфа».

Оказавшиеся несостоятельными в исследовании «бэта» подвергались индивидуальному исследованию по особым методам, построенным по принципу шкалы для исследования одаренности Бине или даже прямо представлявшим ее видоизменение. Этим порядком вполне обеспечивалась тщательность исследования каждой личности и предупреждалось влияние случайных факторов, вроде незнания языка, плохой грамотности и т.п.

Таким образом, обе системы тестов — «альфа» и «бэта» — имели целью исследование общей одаренности, но в приложении к тем требованиям, которые предъявляются военной службой.

Метод «альфа» состоял из восьми тестов, причем каждый тест включал несколько отдельных задач, расположенных в порядке трудности. Для того чтобы различным группам или при повторных исследованиях можно было давать различный материал, сохраняя при этом тождество метода, было разработано 10 параллельных форм для каждого теста. Выбор каждой серии производился механически из общего числа задач в количестве, нужном для 10 групп тестов. Этим достигалась однозначность серий по трудности, и проверка действительно обнаружила равноценность разных форм тестов. В каждом тесте было такое количество задач, чтобы они не могли быть выполнены в назначенное время. На выполнение отдельных тестов давалось от одной до пяти минут, так что все исследование продолжалось 40—50 минут.

Первый тест состоял в выполнении команды. Выслушав один раз задачу, испытуемый должен был поставить указанные в команде значки.

Сначала шли более легкие задачи, например, в одном из пяти кружков, расположенных в ряд, поставить крестик, а в другом цифру 1. Затем поручения становились сложнее, например, в чертеже из квадрата и треугольника поставить крест в том месте, которое не лежит на квадрате, и цифру 1 в том месте, которое находится в треугольнике и квадрате (рис 1). Наконец, были поручения условные: прежде чем ставить знак, испытуемые должны были решить вопрос — может ли пулемет выстрелить больше пуль в минуту, чем из винтовки, и в зависимости от решения этого вопроса, поставить тот или другой знак. На выполнение различных задач давалось 5-25 секунд. Эти задачи очень наглядно характеризуют идею метода вообще. Близость психологических процессов к тем, которые требуются военной практикой, выступает довольно ясно. С другой стороны, это все же эксперимент, дающий градацию задач по трудности и возможность, если не точного измерения в математическом смысле слова, то все же распределения испытуемых в зависимости от успешности проделанной работы. Хотя в иных случаях связь с реальной военной работой может показаться отдаленной, а привлечение образов из военного обихода — искусственным и излишним, однако, при выполнении задач должны быть налицо основные функции и в том же взаимном слиянии и переплетении, какие даны в условиях выполнения деловых поручений: сосредоточение внимания на словах, схватывание их смысла, умение осмысливать сложные отношения, способность непосредственного запоминания не только слухового материала, но и сложной комбинации условий, умение приспособить схваченный и удержанный в памяти смысл к реальной обстановке, перевести его на движения в данных конкретных условиях.

В описанном тесте всего 12 задач, и показатель означает число правильно разрешенных.

alt

В следующих тестах мы также имеем ряд однородных для каждого теста задач, различных по трудности. Задачи напечатаны на бланке, наверху которого напечатаны требования, которые испытуемые просматривают в то время, как экспериментатор прочитывает их вслух. Разрешив про себя задачу, испытуемый должен обозначить свое решение условным значком около задачи (написать цифры, подчеркнуть нужное слово), как это показывалось на нескольких образцах правильного решения задач, помещенных перед теми, которые испытуемый должен разрешить сам.

Второй тест требует решения арифметических задач, простых и более трудных, на целые и дробные числа. Решение может быть выполнено и письменно. Всего предлагается 20 задач, для оценки подсчитывается число правильно сделанных задач, на решение дается 5 минут.

Третий тест содержит вопросы, касающиеся общежитейских сведений и здравого смысла, на каждый из вопросов уже даны три ответа: два неверных и один верный. Испытуемый должен отметить правильное решение, поставив перед ним крест. В качестве уже решенного образца дан пример такого рода:

alt

В четвертом тесте даны пары слов, значения которых или противоположны, или почти тождественны, например: хороший — плохой, маленький — мелкий. Против каждой из таких пар слов напечатана еще пара: «тождество — противоположность». Сообразуясь с логическим отношением слов первой пары, испытуемый должен подчеркнуть или слово «тождество», или слово «противоположность». Всего задач, т.е. пар слов — 40, на решение дается 1,5 минуты. Для оценки этого и следующего теста из числа правильных решений вычитается число неправильных.

Пятый тест требует указать правильность или неправильность таких мыслей, как «листья растут на деревьях», «все лошади покрыты перьями». Однако, чтобы понять самую мысль, испытуемый должен произвести перестановку слов, потому что предложения напечатаны с неправильной расстановкой слов, затрудняющей понимание, например: «на растут листья деревьях». Испытуемые должны, таким образом, осуществить довольно сложную работу мышления, воображения и комбинирования и потом подчеркнуть одно из стоящих против каждой фразы слов: «правильно», «ложно».

Если здесь мы имеем требование на конструктивную и критическую работу, то в следующем — шестом — тесте, очень интересном по идее, нужно проявить способность ориентироваться в ряде из нескольких элементов, установить отношение между ними и уловить путем обобщения общий закон, по которому составлен данный ряд. Например, напечатан ряд чисел, следующих в определенном порядке:

2, 4, 6, 8, 10, 12 или 9, 8, 7, 6, 5, 4.

Нужно уловить закон, по которому составлен ряд, и продолжить его, написав следующие в том же порядке два числа, т.е. в первом ряду- 14и 16, во втором-3 и 2. Всего в тесте 20 рядов, есть ряды, в которых отношения между следующими друг за другом числами довольно сложные. На решение дается три минуты.

Седьмой тест рассчитан на улавливание отношений. Даны два слова: «небо — голубой», затем в строке следует слово «трава» и еще четыре слова, напечатанные жирным шрифтом: «стол, зеленый, теплый, толстый». Из последних четырех слов нужно подчеркнуть одно, которое находится в таком же отношении к третьему в строке («трава»), в каком второе («голубой») к первому («небо»).

На выполнение теста, состоящего из 40 задач, дается три минуты.

Последний — восьмой — тест пытается выяснить наличный запас общежитейских сведений, которые являются не столько результатом обучения, приобретенных в школе знаний, сколько показателем живости ума, ведущей к ясной ориентировке в ходовых понятиях, и говорят о легкости, с которой окружающая жизнь и культура оставляет неизбежный след на нормально сформировавшемся, пытливом уме человека. Этот запас общераспространенных в данной культурной обстановке сведений и нужно применить к специальному случаю, выбрав сообразно им одну из нескольких возможностей. В задаче нужно подчеркнуть слово, делающее правильной мысль таких предложений, как «люди слышат глазами, ушами, ртом, носом», или «Франция находится в Европе, Азии, Африке, Австралии». Задач такого рода в тесте 40, и они очень разнообразны по содержанию: понятия заимствуются из современного искусства, науки, хозяйственного обихода.

Предшествующий обзор метода «альфа» обнаруживает большое творчество, проявленное его авторами, как в психологическом анализе основных проявлений личности, требующих различных форм умственной деятельности, в частности при отправлении военных обязанностей, так и в разработке соответствующих задач. В последнем работа американцев была облегчена уже предшествующими психологическими достижениями. Все же в их работе проявлено много оригинальности в синтезировании и дополнении, в создании системы тестов применительно к совершенно новой для психологов области исследования. Задача их заранее была ограничена исследованием умственной сферы, и для исследования именно мыслительных функций в целях определения одаренности их тесты дают интересный и ценный материал. Краткое психологическое истолкование цели, смысла и значения каждого теста не может претендовать на полноту. Правильный подход к исследованиям подобного рода и оценка работы американцев требовали бы теснейшей связи военных и психологов в работе по описанию и анализу основных операций в военном деле и нужных для ее выполнения психических качеств.

В объяснениях, предназначенных для военного командования и сопровождавших представление командирам личных оценок, даются лишь общие указания, что исследования говорят о способности испытуемых к обучению, быстрому и точному мышлению, об умении ориентироваться в положении, понимать и выполнять поручения и об устойчивости в интенсивной психической работе.

Исследование «бэта», предназначенное для неграмотных, представляет еще более интересный и ценный опыт психологического исследования. До последнего времени психологические исследования одаренности не могли обойтись без словесного и даже письменного материала. Кроме исследования детей раннего возраста и слабоумных, можно отметить лишь попытку (Herderschêe) подойти к исследованию и более высоких интеллектуальных функций у глухонемых. Между тем нужда в таких методах, где одаренность субъекта проявлялась бы не на словесном и письменном материале, несомненна. Наличность прочных методов в этой области сразу сильно расширила бы сферу психологического исследования личности. Столкнувшись с настоятельной потребностью в особом методе для неграмотных и плохо владеющих английским языком, американские психологи нашли некоторый материал и технику опыта, при которых требовался минимум слов от экспериментатора и совершенно бессловесная работа испытуемых.

В опыте, кроме экспериментатора и усиленного числа помощников, выступало еще одно лицо — демонстратор, который на глазах испытуемых проделывал предварительно образцы тех задач, которые должны были затем самостоятельно решаться испытуемыми. От экспериментатора и демонстратора требуется хорошая тренировка в своих ролях и выразительный язык жестов.

Первый тест представлял план лабиринта с двумя выходами, в которых изображены стрелки. Указав на эти стрелки, экспериментатор делает жест движения от стрелки к стрелке и дает знак демонстратору приступить к работе. Последний медленно, с усилиями и колебаниями, проводит нужную черту в лабиринте. Экспериментатор одобрительно кивает головой, говорит «хорошо», «правильно» и указывает на следующий лабиринт, более запутанный. Демонстратор снова начинает работу и попадает в тупик, экспериментатор качанием головы указывает на неправильность работы, берет руку демонстратора, отводит ее на то место, откуда можно идти правильным путем и дает знак продолжать. Демонстратор благополучно заканчивает, получает одобрение со стороны экспериментатора, и последний, указывая то на чертеж, где работал демонстратор, то на тетради испытуемых, заставляет их проделать ту же работу на рисунках лабиринтов в тетрадях.

Такова техника опыта, повторяющегося с соответствующими вариациями при всяком тесте.

Второй тест — счет кубиков, изображенных в тетрадях в виде нескольких рядов, расположенных рядом или друг на друге (рис. 2). Сначала на глазах присутствующих демонстратор считает кубики в модели, затем на рисунке, после этого испытуемые должны счесть у себя в тетрадях и под каждой группой написать число.

alt

Третий тест требует уловить порядок расположения знаков (0 и X) и продолжить ряд согласно тому же закону (рис. 3).

Методы исследования одаренности взрослых, применявшиеся в Америке

В четвертом тесте нужно перевести данные цифры на условные знаки, указанные на верху той же страницы (рис. 4).

Методы исследования одаренности взрослых, применявшиеся в Америке

Пятый тест содержит в двух колонках многозначные числа, в соответствующих строках обеих колонок есть числа одинаковые, есть и разные. Крестиком нужно отметить строки с одинаковыми числами (рис. 5).

В шестом тесте предлагается ряд рисунков, в которых нужно заполнить пробелы (рис. 6).

Седьмой — последний — тест требует, чтобы испытуемые линиями выделили в квадрате части, указанные рядом (рис. 7).

alt

По числу правильно сделанных задач показатели в исследовании «альфа» расположились между 0 и 212, в исследовании «бета» — между 0 и 118. С возможной быстротой производилась обработка результатов, и оценка сообщалась командованию вместе с пояснением ее значения. Иногда устраивались совещания для выяснения цели психологических исследований и значения результатов для их практического использования.

Методы исследования одаренности взрослых, применявшиеся в Америке

Предварительные исследования дали основание для разделения испытуемых на различные группы.

Было намечено пять степеней умственной одаренности, причем в случае нужды можно было произвести и более тонкие дифференциации. Фактически для средней группы и были сделаны подразделения. Группировка с обозначением литерами степени проявленной в опытах успешности получила такую форму: А — весьма высокая степень интеллигентности; В — высокая; С+ — выше средней; С — средняя;

С- (С минус) — ниже средней; D — низкая; D- (D минус) — очень низкая. По сообщениям руководителей исследованием такая группировка была достаточно удобна для ориентировки военного командования в особенностях личного состава. Лица с высшими оценками (А и В) считались годными для несения офицерских обязанностей. Средние группы включали, главным образом, низший военный персонал. Группы С— и D достаточны для работы по рутине и под руководством и наблюдением других. Низшие группы уже не пригодны для регулярной службы в армии. Часть ее отправлялась в учебные батальоны и для несения нестроевой службы, а часть просто увольнялась.

Таков был научный аппарат, проверенный приблизительно на сотне тысяч людей, с которым американские психологи приступили к практической работе в армии. Из результатов этого грандиозного предприятия в первую очередь должна быть указана та практическая роль, которую удалось ему сыграть в организации армии.

Главные результаты исследования

Всего было подвергнуто исследованию 1 726 966 человек, из них 41 000 офицеров. Индивидуальному исследованию было подвергнуто около 83 ООО. Свыше 7 800 человек (0,5 %) были представлены к немедленному увольнению, как совершенно негодный для армии балласт, не могущий оправдать своей работой затрат по содержанию, обучению и снаряжению. 10014 (0,6 %) человек предназначены только к несению нестроевой службы. 9487 (0,6 %) человек рекомендованы для отправки в учебные батальоны для наблюдения и предварительного обучения. Из остальных 30 % оказались неспособными для работы, требующей умения читать и писать или вообще более высокого умственного труда.

Сопоставление с другими методами обнаруживает, что лица, признанные негодными для военной службы, по возрастной шкале располагаются от 9 лет и ниже. 4 744 человека оказались имеющими умственное развитие ниже того, какое соответствует семилетнему возрасту, и 45 653 человека имели развитие ниже, чем десятилетние нормально развитые дети.

Скептицизм, которым первоначально были встречены психологические исследования, довольно быстро рассеялся, и отзывы офицеров о значении их были достаточным свидетельством ценности и плодотворности проделанной работы.

Вначале делались сами собою напрашивающиеся возражения против метода: умственная одаренность далеко не исчерпывает свойств, нужных на военной службе. Особенности эмоциональной и волевой жизни (самообладание, твердость, способность к проявлению инициативы и т.п.) особенно необходимы в боевой обстановке и отсутствие их может свести на нет даже высокие интеллектуальные способности. Отзывы, затребованные от офицеров о сравнительной ценности в военном деле подчиненных им лиц, обнаружили, однако, явное соответствие между различными, ценными в жизненном отношении, сторонами психической жизни личности. Этот важный, хотя бы и в очень общей формулировке, вывод, довольно понятный с биологической и психологической точки зрения, диктует задачу его серьезного теоретического обоснования и экспериментальной разработки в деталях. Офицеры должны были распределить персонал на пять групп по ценности в военной работе. Когда такое распределение было сделано, то были найдены средние из психологических показателей для лиц каждой группы. Так, средний показатель для лиц, отнесенных офицерами в низшую группу, равен 28. Для лиц, оказавшихся, по оценке офицеров, в высшей группе, средний показатель равен 99. Все показателя постепенно повышаются, начиная от низшей и переходя к более высоким группам.

Важность всех указанных выводов должна быть очевидна всякому, и не только для выяснения индивидуальных особенностей личного состава, но и для общей характеристики уровня всей армии или отдельных военных групп и частей. Очень интересны в этом отношении данные, касающиеся распределения интеллигентных сил в отдельных военных единицах, а также в школах для подготовки офицеров. Оказалось, например, что соотношение между количеством лиц, получивших высшую и низшую оценку, весьма различно в различных частях полка. Ясно, что этот недостаток организации, неравномерное распределение труда для лиц командного состава, вызывает в отдельных частях такие трудности обучения, которые легко было бы избежать при перераспределении групп. Более того, такая неравномерность интеллектуального уровня единиц армии может давать очень неопределенную базу для построения организационно-военных планов, лишая определенности самое понятие армейской единицы, которое в таком случае обозначает крайне различные по ценности массы людей. Офицеры, ознакомившись с психологическими данными, быстро уловили невыгоду обычной системы назначения призванных и необходимость ее реорганизации в целях более равномерного распределения интеллигентных сил по данным психологического исследования. В самом деле, явно нецелесообразно и несправедливо требовать обучения в один и тот же срок групп, весьма различных по интеллектуальному уровню.

В целях облегчить обучение в различных лагерях была сделана попытка группировки обучаемых по степени одаренности. Были образованы три группы: в первую вошли группы с оценкой А и В, во вторую — со средней оценкой С+, С и С—, в третью — с низшей (D и D—). Благодаря этому получилось повышение успешности в обучении высших групп, а низшие по одаренности группы могли воспользоваться методами, более приспособленными к их умственным способностям.

Отмеченное выше различие в соотношении числа лиц с высшей и низшей степенью интеллигентности касается не только армейских единиц, но и различных школ для подготовки офицеров, где в целях более успешного обучения также важно было бы сообразоваться с психологическими данными при распределении групп. Но особенно ясным показателем того, насколько беспорядочно, случайно и нерационально происходит распределение человеческих сил, служит процентное распределение оценок в офицерском составе различных специальных видов военной службы. Напрашивается вывод, что для некоторых частей было бы целесообразно устранение лиц невысокой квалификации и замена их более высоким в интеллектуальном отношении офицерским составом.

Кроме этих выводов практического характера, кроме той помощи, какую оценки оказывали командованию для ясного представления о подчиненном им персонале и практического использования индивидуальных различий, необходимо указать и данные, которые характеризуют научную и практическую цену использованных методов. О ней достаточно ясно говорят уже и изложенные выше результаты. Можно указать далее на очень явно выступающее согласие психологических данных с фактическим положением исследуемых лиц в армии: чем выше ранг, тем выше процент лучших оценок. Оценка D (низшая) не заходит выше чина сержанта. Начиная с чина лейтенанта преобладают высшие оценки — А и В, средняя здесь встречается в случаях, составляющих около 10 %. У персонала ниже лейтенанта начинают, по мере понижения занимаемого положения, уменьшаться высшие оценки, выступать яснее низшие, хотя преобладающей остается средняя.

Интересно отметить и распределение процента высших оценок в типичной армейской группе:

На офицеров падает 83,0%
На кандидатов школ 73,2%
На сержантов 53,4%
На капралов 39,7%
На грамотных рядовых

Другим приемом проверки пригодности выработанных методов было сопоставление полученных на их основании результатов с данными, полученными от исследования тех же лиц по другим существующим методам.

Коэффициенты корреляции получились очень высокие: так, корреляция метода «альфа» со шкалой Стенфорд-Бине дала не ниже 0,80, с оценками офицеров — не ниже 0,50, с «бэта» — 0,80, с оценками учителей (в школах) — не ниже 0,67, со школьными отметками — не ниже 0,50 и т.п.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарий к статье

Войти с помощью: 

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Обнаружен включенный блокировщик рекламы

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: