Трудолюбие и лень

Стандартный
0 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 5 (0 оценок, среднее: 0,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...


Существует особенность психики, о которой психологи обычно не упоминают. Зато часто упоминают о ней невропатологи и психиатры, отмечая снижение этой способности или полное исчезновение ее.

Если человек желает что-то сделать, он непременно должен начать. Это истина простая: начать, продолжить и, наконец, завершить. Эти три этапа психологически неравнозначны и требуют различных психических усилий. Иногда камнем преткновения служит последний этап — завершение, вероятно, из-за недостаточной напряженности рефлекса цели. Все же для большинства людей труднее всего начать.

Общечеловеческий опыт давно уже отметил, что самое трудное — приступить, взяться за дело, и недаром на эту тему существует множество пословиц на всех языках. Памятуя об этой роковой особенности человеческой психики, древние римляне назвали одного из богов, Януса, богом начала всякого дела. Мотивационная основа последующих этапов намного богаче, поскольку включаются такие факторы, как рефлекс цели, приятные чувства от самого процесса работы, удовольствие от достигнутых промежуточных результатов. А для того чтобы начать, нужен первоначальный толчок, который сдвинет человека с места, «раскачает» и заставит взяться за дело. Такие толчки могут прийти извне в форме установленного расписания, заведенного распорядка, юридических обязательств или даже прямого приказа.

Конечно, человек действует и без понуканий, по собственному почину. Эта способность не имеет специального наименования. Обозначим ее словом «спонтанность», потому что потерю этой способности невропатологи и психиатры называют аспонтанностью.

При некоторых мозговых заболеваниях больной лежит в постели, и если не поднять его, то он не умоется и не позавтракает. Когда берут его за руку и ведут, он не только не сопротивляется, но и сам активно включается в деятельность и доводит ее до конца. Но начать что-нибудь сам, без прямого побуждающего влияния — не может.

Выраженная аспонтанность бывает при поражении лобных долей мозга. Но и нормальные, здоровые люди сильно отличаются по этому признаку. Одним нужны

жесткие рамки внешней дисциплины; они и чувствуют себя лучше всего в этих условиях. По приказу все исполнят, а самостоятельно палец о палец не ударят. Другим надо лишь напомнить. Собственно, напоминание — что слабая форма приказа, потому что они сами все помнят, но вот импульса взяться за дело им не хватает. Есть и такие люди, которым напоминать ничего не нужно: сами за все берутся.

Несомненно, очень велики возможности воспитания. Культивируя и поощряя инициативность, можно добиться многого. Однако для успешного воспитания надо учитывать и особенности индивидуальной психики, в частности степень спонтанности, которая имеет, вероятно, прочную нейрофизиологическую основу.

Шотландский путешественник Роберт Скотт (он достиг Южного полюса в 1912 году и погиб на обратном мути — вместе со спутниками замерз во время пурги) в своем дневнике обратился к жене с предсмертной просьбой воспитывать сына так, чтобы он не вырос ленивым. При этом Скотт ссылался на свой опыт: «Ты ведь знаешь, я должен был заставлять себя быть деятельным,— у меня всегда была склонность к лени».

Ст. Цвейг, который описал поход Скотта и его друзей к Южному полюсу, высказывает удивление: человек, совершивший замечательный подвиг, вдруг сознается в лени. Видимо, от природы Р. Скотт не отличался высокой спонтанностью, но, осознав это, сумел преодолеть свою «склонность к лени», избавиться от нее. Здесь речь вдет не о воспитании, а о самовоспитании, которое всегда начинается с осознания недостатка. Это первый шаг па пути к его устранению.

Склонность к свертыванию и прекращению деятельности может происходить от разных причин. Например, от недостаточной напряженности врожденного влечения к активности, от слабости чувств, от неупражнения рефлекса цели. В связи с этим уместно спросить: а что такое лень? Что это — чувство? Или свойство личности, обусловленное слабостью каких-то корковых и подкорковых функций? Всегда ли это результат порочного воспитания? Можно ли считать, что лень — это закрепленная установка, направленная па то, чтобы избежать неприятных ощущений, связанных с утомлением?

Французский мыслитель Франсуа Ларошфуко считал лень одной из страстей человеческих: «Ошибаются те, кто думает, что лишь таким бурным страстям, как любовь и честолюбие, удается подчинить себе все другие страсти. Леность, как она ни бездеятельна, часто оказывается непобедимой: завладевая нашими помыслами и поступками, она незаметно подтачивает все наши стремления и добродетели».

«Леность — это самая безотчетная из всех наших страстей… Нет страсти более пылкой и зловещей, хотя ущерб, наносимый ею, глубоко скрыт от нашего взора. Если мы внимательно присмотримся к ее влиянию, то убедимся, что она неизменно ухитряется завладеть всеми нашими чувствами, желаниями и наслаждениями: она — как рыба-прилипало, останавливающая огромные суда, как мертвый штиль, более опасный для важнейших наших дел, чем любые рифы и штормы. В ленивом покое душа черпает тайную усладу, ради которой мы забываем о самых страстных своих желаниях и самых твердых намерениях».

Эволюционно-биологический подход поможет лучше понять сущность лени. После напряженной деятельности, связанной с добыванием пищи, животное нуждается в отдыхе и восстановлении сил. Покой и расслабление ему периодически необходимы, и потому доставляют удовольствие. Таким образом, «услада ленивого покоя» имеет ясный биологический смысл. Но как и всякая услада, она может быть оторвана от биологической функции и превращена в самоцель. Подобно тому как естественное для человека наслаждение пищей может привести к обжорству и чревоугодию, так же точно наслаждение отдыхом и покоем может приобрести самодовлеющее значение. «Пиршество лени» становится высоко-ценимым удовольствием.

Проявления лени могут быть самыми разнообразными, в том числе и парадоксальными. Существует, например, «трудолюбие лодыря»: люди спешат взяться за порученное дело, чтобы поскорее избавиться от него. Их не привлекает ни сам процесс работы, ни полученный результат. Но невыполненное задание тяготит их. Иногда это люди с развитым чувством долга, иногда — те, кто боится наказания или порицания.

Бывает, что человек азартно принимается за все новое, увлекается, но быстро остывает и не доводит ничего до конца. Это означает, что у него слабо тренирован рефлекс цели.

Бывает и так, что человек проявляет поразительную находчивость, изобретательность и неистощимую энергию, чтобы уклониться от работы. Если бы хоть малую толику этих усилий он направил на выполнение порученною задания, то легко справился бы с ним.

Из разных способов воспитания трудолюбия бесплоднее всех — словесные увещевания. Французский писатель Жюль Ренар справедливо отметил: «Человек глупый, осознающий свою глупость, уже не так глуп, но ленивец может осознавать свою лень, сетовать на нее и при ней остаться». Добавим еще, что иные люди склонны даже рисоваться своей ленью. «Подтекст» или психологическая подоплека такой рисовки очень проста: человек намекает на то, что он даровит, что его возможности очень велики, но из-за лени он дарований своих не проявил. Далеко не всегда это так; хотя, конечно, не один талант был загублен бездеятельностью и ленью.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарий к статье

Войти с помощью: 

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Обнаружен включенный блокировщик рекламы

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: