Раненое Я и женщина — жертва жестокого обращения

Стандартный
0 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 5 (0 оценок, среднее: 0,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...


Я бы хотел продолжить тему раненого Я, используя истории Дженифер и Джанет. У обеих пациенток во время большинства сеансов преобладало раненое Я. Они хорошо помнили обиды, нанесенные руками их объектов-садистов. Дженифер, долгие годы сносившая оскорбления и нападки своей матери, особенно близко принимала их к сердцу, и в результате стала очень самокритично относиться к себе. Это еще один из пунктов теории Фейрбейрна — у ребенка нет ни сил, ни возможности сопротивляться негативному отношению взрослых, как бы плохо те ни поступали с ребенком.

Дженифер, в отличие от Джанет, в детстве страдала от физической жестокости, в то время как Джанет была эмоционально одинока. Раненое Я Дженифер было переполнено ненавистью и злостью к себе, а у Джанет Я было пустым, голодным и отчаявшимся. Эти различия проявлялись в их поведении: Дженифер была агрессивной, едкой и конфликтной, а Джанет — пассивной. Когда в детстве ребенок подвергается физической или эмоциональной агрессии, все негативные оценки, полученные от отвергающих родителей, сливаются воедино и формируют внутренний объект в памяти ребенка, который называется «интернализованный отвергающий объект». Когда человек «слышит» голос отвергающего родителя в своей памяти, раненое Я всплывает на поверхность, чтобы отражать новые атаки, теперь уже изнутри. Раненое Я может проявиться как ответ на воспоминания об интернализованном отвергающем родителе или же на реальное поведение окружающих, которые ведут себя подобным оскорбительным образом. Когда во внутреннем мире Дженифер доминировали воспоминания об обидах, полученных от матери в детстве, она называла себя «лживой сукой», задыхаясь от ненависти к самой себе. Такими словами ее каждый день встречала мать. В репертуаре раненого Я собралось достаточно защитных маневров, чтобы отражать обвинения матери с помощью споров, отрицаний, лжи и ответных оскорблений. Ядовитые испарения токсичной «внутренней матери» заставляли ее напиваться до беспамятства, когда в ней доминировало ее раненое Я. Алкогольная интоксикация действовала как противоядие от той боли, которую испытывала Дженифер, воспринимая себя в таком негативном свете.

Как ни удивительно, но раненое Я выполняет также и положительную функцию, позволяя четко помнить нанесенные в детстве обиды. Воспоминания, хранимые раненым Я, необходимы в процессе психотерапии как «архив» всех обид и наказаний, которые стали факторами в становлении личности пациента. Пока Дженифер оставалась во власти своего раненого Я, она могла описать укоренившийся в ней стыд и ощущение собственной никчемности, испытанные ею, когда мать вырывала у нее волосы, бросала ее совсем маленькой одну в запертом доме и ругала ее такими словами, которые заставили бы покраснеть и бывалого моряка. Печально, но ни один из пациентов не согласится остаться в состоянии раненого Я навсегда, потому что это довольно болезненная и неудобная для проживания эмоциональная зона. Когда раненое Я доминирует, человек терзается своей беспомощностью и ненавидит себя, и эти чувства парализуют все его порывы.

Дженифер использовала и моральную защиту, которая почти всегда приходит на помощь защите-расщеплению. Матери не составляло труда убедить дочь в испорченности, потому что в детстве Дженифер самой приходилось защищать добродетели своей матери и свою привязанность к ней, убеждая себя, что все ее злобные выходки являются справедливым возмездием за ее, Дженифер, плохое поведение. Использование моральной защиты проложило путь к принятию и интернализации критики, рекой лившейся из уст ее матери. Формальным диагнозом для таких людей, как Дженифер и Джанет, которые используют расщепление в качестве основного защитного механизма и зачастую становятся жертвами жестокости, является пограничное расстройство личности. Женщин с таким диагнозом гораздо больше, чем мужчин, потому что женщины более склонны к крайним формам привязанности, в то время как мужчины чаще используют описанный ранее независимый образец поведения и подпадают под диагноз «нарциссическое расстройство личности».





Комментарий к статье