Сопротивление пациентки процессу дифференциации

Стандартный
0 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 5 (0 оценок, среднее: 0,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...


В начале терапии даже самые безобидные и осторожные расспросы, касающиеся жизни пациентки, должны быть тщательно отфильтрованы, чтобы не содержать и малейшего намека на возможность разлуки с партнером. Необходимо помнить, что пациентка больше всего боится, что ее заставят расстаться с объектом, ценность которого для нее превыше собственной безопасности. Если психотерапевт решает пойти по простейшему пути и прямо сообщает пациентке, что она должна немедленно оставить своего партнера «для ее же пользы», в таком случае врач расписывается в полном непонимании динамики поведения женщины, часто подвергающейся побоям, а следовательно, мало чем может ей помочь. Непрофессиональный, но желающий добра психотерапевт — это еще один раздражитель для страдающей женщины, и без того сытой по горло «добрыми советами» своих знакомых.

Опытный психотерапевт понимает, что нужно начинать с внутренней динамики. В главе 4 я приводил пример, показывающий, что структура Эго травмированной женщины — это очень сложная и подвижная система. Довольно сложно, с технической точки зрения, внедрять стратегии, способные спровоцировать некие подвижки, даже если психотерапевт осознает всю сложность внутренней структуры пациента, а если не осознает, то практически невозможно. Многие неискушенные психотерапевты терпят неудачи, пытаясь помочь несчастным женщинам, не имея при этом необходимых знаний о характерном расщеплении структуры Эго, доминирующем во внутреннем мире его пациентки.

Любое высказывание психотерапевта добавляет силы либо одному, либо другому внутреннему Я (надеющемуся либо раненому) пациентки. Плохо продуманные высказывания могут сдвинуть шаткое внутреннее равновесие между двумя половинками Я и спровоцировать пациентку к использованию расщепления. Давайте снова вернемся к истории Дженифер (из моего примера в главе 4), чтобы посмотреть, к чему это может привести. Долгие, подробные и доброжелательные расспросы о множестве неприятных инцидентов, выпавших на ее долю в детстве, казались мне адекватным терапевтическим подходом. Однако по мере того, как мы углублялись в ее историю, раненое Я Дженифер набирало все большую силу, потому что мой оценивающий взгляд на события ее прошлого был очевиден. Моя поддержка нарушила внутренний баланс между двумя частичными Я, подкрепив ее раненое Я. Набравшее силу раненое Я теперь было способно видеть мать такой, какой она была на самом деле — жестокой и злой, и такое восприятие доводило Дженифер до паники: «ее бросили» — и ей было страшно. Отчаяние заставило ее прибегнуть к помощи расщепления, чтобы подавить разгулявшееся раненое Я и восстановить в правах надеющееся Я. Это далекое от реальности Я позволило ей вернуться домой к матери и, таким образом, ненадолго забыть о том, что ее бросили и предали. Негативная характеристика ее матери, высказанная мною, свела на нет все усилия, спровоцировала ненужный эпизод вызывающего поведения и окончательно убедила Дженифер, что от меня больше вреда, чем пользы.

Такое перераспределение сил в пользу раненого Я у нормального человека обычно не влечет за собой особых проблем. Нормальному человеку не приходится примирять две враждующие и противоположные половины своего Я. Да, нормальный человек чувствует, что в мире есть много альтернативных источников любви и поддержки, потому что он привык к тому, что его окружает любовь. Обиженная женщина, наоборот, не верит, что ее неблагополучному партнеру можно найти замену. Вся ее жизнь вертится вокруг него, единственного и неповторимого. И здесь мы снова возвращаемся к первому принципу Фейрбейрна: ребенок, которого бьют и на которого не обращают внимания родители, нуждается в этих родителях больше, чем дитя, не испытывающее недостатка в любви и эмоциональной поддержке. Этот фундаментальный принцип лежит в основе одной из самых больших «несправедливостей», уготованных ребенку, лишенному родительской любви, потому что именно это затрудняет оказание помощи жертвам жестокого обращения. Часто избиваемые женщины, с которыми очень жестоко обращались их родители, — это как раз те пациентки, которые до крайней степени привязаны к своим агрессивным партнерам и в штыки воспринимают любые попытки помочь им стать более самостоятельными.





Комментарий к статье