Агрессивность и агрессивное повеление

Стандартный
0 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 50 оценок, среднее: 0,00 из 5 (0 оценок, среднее: 0,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...


Начало изучения психологических механизмов агрессивности связано с именем Зигмунда Фрейда, выделившего два фундаментальных инстинкта — жизни (созидательное начало в человеке, проявляющееся в сексуальном влечении, Эрос) и смерти (разрушительное начало, с которым и связывается агрессивность, Танатос). Эти инстинкты врожденные, вечные и неизменные. Потому и агрессивность — неотъемлемое свойство человеческой природы.

Накапливающаяся энергия агрессивного драйва время от времени должна получать разрядку во вспышках агрессивности — таково психоаналитическое толкование. Придерживающиеся его психологи считают: чтобы не произошло неконтролируемого насилия, реализации агрессивности, подобная энергия должна постоянно разряжаться (в наблюдениях за жестокими действиями, разрушении неодушевленных предметов, участии в спортивных состязаниях, достижении позиций доминирования, власти и пр.).

Есть теория, которая уподобляет агрессивность человека поведению животных и объясняет ее чисто биологически — как средство выжить в борьбе с другими существами, как средство защиты и утверждения себя, своей жизни через уничтожение или победу над соперником. Подобные положения содержатся в этологической теории агрессивности.

В этом смысле мужчина, будучи активным защитником своей и сородичей жизни, биологически запрограммирован на агрессивность. Таким образом, сторонники этологической теории рассматривают агрессивное поведение человека как спонтанную врожденную реакцию. Эта точка зрения нашла свое отражение в работах К. Лоренца. Согласно ему, природа человеческой агрессивности инстинктивна, как и механизм, запрещающий умерщвлять себе подобных. Но Лоренц допускает возможность ее регуляции и возлагает надежды на воспитание, усиление моральной ответственности людей за свое будущее. Вместе с тем другие приверженцы данной теории считают, что люди при всем своем желании не могут осуществлять контроль над своей агрессивностью, поэтому войны, убийства, стычки неизбежны и в конце концов человечество погибнет в ядерной войне.

Со временем самой популярной стала теория фрустрации—агрессии. Ее суть заключается в том, что всякая фрустрация создает внутреннее побуждение или мотив быть агрессивным (Д. Доллард).

Агрессивное поведение достаточно подробно изучалось бихевиористами, связавшими агрессию с фрустрацией. Под последней понимается эмоциональное состояние, возникающее в случае появления непреодолимых препятствий на пути к достижению желаемой цели. Это — невозможность удовлетворить потребности.

Следовательно, любая агрессия вызвана конкретной фрустрацией.

Виды агрессии:

  • прямая (брань, драка и т. п.) или косвенная (насмешка, критика);
  • непосредственная (в текущее время) или отсроченная;
  • направленная на другого человека или себя самого (обвинение себя, плач, самоубийство).

Фрустрации и агрессия возникают в результате социального сравнения: «Мне дали меньше, чем другим», «Меня любят меньше, чем других». Фрустрация способна накапливаться, усиливая и закрепляя агрессивность человека либо формируя у него комплекс неполноценности (это и есть агрессия против самого себя). В конечном счете это выплескивается вовсе не на виновника фрустрации (он сильнее, благодаря ему она возникла), а на тех, кто слабее (хотя они фактически не виноваты), или тех, кого посчитали врагом.

Агрессия — это однобокое, подпитываемое отрицательными эмоциями отражение реальности, приводящее к искаженному, необъективному, неверному пониманию действительности, к неадекватному поведению.

Часто анализ показывает, что агрессия преследовала какую-либо позитивную для человека цель, но выбранный способ поведения — неудачный, неадекватный — приводит к обострению конфликта и ухудшению ситуации. Чем сильнее фрустрация и невротичность личности, тем более и обостреннее реализуется неадекватное агрессивное поведение.

В теорию фрустрации — агрессии Берковиц ввел три существенные поправки:

  1. Фрустрация не обязательно реализуется в агрессивных действиях, но она стимулирует готовность к ним.
  2. Даже при готовности к агрессии она не возникает без надлежащих условий.
  3. Выход из фрустрации с помощью агрессивных действий воспитывает у человека привычку к подобным поступкам.

Более того, далеко не всякая агрессия провоцируется фрустрацией. Она может быть обусловлена, например, «позицией силы» и выражением властности.

Исследование условий, при которых фрустрация порождает агрессивные действия, показало, что влияние оказывают сходство/несходство агрессоров и жертвы, оправданность/неоправданность агрессивности, ее наличие как личностной характеристики. В настоящее время агрессию рассматривают как возможный, но вовсе не неизбежный выход из фрустрирующей ситуации (Розенцвейг).

Согласно теории социального научения, фрустрация и конфликт облегчают проявление агрессии, будучи необходимым, но не достаточным условием для ее возникновения. Чтобы проявилось агрессивное поведение, необходима предрасположенность к нему в подобных ситуациях. Она формируется и закрепляется через социальное научение — благодаря наблюдению за поведением окружающих, собственному удачному опыту агрессии. Таким образом, первостепенная роль в формировании предрасположенности к агрессии отводится социальному окружению. В настоящее время эта теория является доминирующей.

Наиболее известный сторонник данного подхода — Арнольд Басс. Он определяет фрустрацию как блокирование процесса желательного поведения, вводя понятие атаки. Это акт, предоставляющий организму враждебные стимулы. При этом атака вызывает сильную агрессивную реакцию, а фрустрация — слабую.

Басс указал на ряд факторов, от которых зависит сила агрессивных привычек:

  1. Частота и интенсивность случаев, когда человек испытал атаку, фрустрацию, раздражение. Люди, которые получали множество гневных стимулов, скорее прореагируют агрессивно, чем те, кто нечасто сталкивался с такими стимулами.
  2. Неоднократное достижение успеха с помощью агрессии закрепляет соответствующие привычки. Успех бывает внутренним (резкое ослабление гнева, удовлетворенность) или внешним (устранение препятствия или достижение желаемой цели либо вознаграждения). Выработавшаяся привычка к агрессии, атаке делает невозможным различение ситуаций, когда агрессивное поведение необходимо; человек всегда склонен реагировать агрессивно.
  3. Культурные и субкультурные нормы, усваиваемые человеком, облегчают развитие у него агрессивности (с детства смотрит мультики и фильмы, где присутствуют сцены агрессивного поведения, усваивает его нормы).
  4. Влияние оказывает темперамент человека: импульсивность, интенсивность реакций, уровень активности провоцируют закрепление агрессивных форм поведения и формируют агрессивность как черту личности.
  5. Стремление к самоуважению, к защите от группового давления, к независимости сначала вызывает тенденцию к непослушанию, а затем, при сопротивлении окружающих, провоцирует человека к проявлению агрессии.

Басс считает, что нужно различать виды агрессивного поведения. Классификация основана на дихотомиях. В результате выделяются физическая/вербальная, активная/пассивная, направленная/ненаправленная агрессия.

Цель физической агрессии — причинение боли или ущерба другому человеку. Оценить интенсивность агрессивного поведения возможно по вероятности того, что агрессия повлечет за собой ранение и насколько тяжелым оно может быть. Стреляющий в человека с близкого расстояния агрессивнее дающего ему пинка.

Вербальные агрессии тоже выступают как болезненные и оскорбительные — как известно, словом можно убить.

К ним относятся:

  • многочисленные отпирательства;
  • отрицательные отзывы и критические замечания;
  • выражение отрицательных эмоций, например недовольства (брани), затаенной обиды, недоверия, ненависти;
  • высказывание мыслей и желаний агрессивного содержания типа: «Убить тебя надо» или проклятий;
  • оскорбления;
  • угрозы, принуждения и вымогательства;
  • упреки и обвинения;
  • ирония, издевки, обидные и оскорбительные шутки;
  • крик, рев;
  • агрессия в мечтах, фантазиях, выражается словами, мысленно, реже в рисунках.

Прямая агрессия непосредственно направлена против жертвы. Косвенная не предполагает присутствия первой: в ход идут клевета, отрицательные отзывы или агрессия вымещается против объектов, представляющих круг жертвы.

По мнению Басса, следует различать враждебность и агрессивность. Первая выражается чувством возмущения, обиды и подозрительности. Враждебно настроенный человек не обязательно бывает агрессивным, и наоборот.

Другой известный сторонник поведенческого подхода, А. Бандура, подчеркивал, что если человек с детства видит агрессивное поведение людей, особенно родителей, то в силу подражания он обучается аналогичным действиям. Исследования показали, что агрессивные мальчики воспитывались родителями, применявшими по отношению к ним физическое насилие. Такие дети могли вести себя покорно дома, но по отношению к ровесникам и посторонним людям проявляли большую агрессивность, чем их сверстники, у которых в семье была иная ситуация. Именно поэтому ряд исследователей считают физическое наказание ребенка моделью агрессивного поведения, передаваемого взрослыми. Наказание эффективно только при соблюдении ряда условий, к коим причисляются позитивное отношение наказывающего к наказываемому и принятие наказываемым норм наказывающего.

Наконец, следует упомянуть последнюю по времени возникновения теорию принуждающей силы. Суть ее достаточно проста: физическое насилие (сила принуждения) используется для получения желаемого эффекта, когда исчерпаны (или отсутствуют) другие способы (сила убеждения).

В связи с этим Фишбах Выделяет инструментальный вид агрессии. Это средство достижения какой-либо цели, при котором причинение ущерба — всего лишь способ воздействия. Враждебная агрессия, по мнению Фишбаха, доставляет ущерб жертве и ее можно рассматривать как агрессию ради агрессии.

Со счета, однако, не сбрасывается и роль биологических факторов в возникновении агрессивного поведения. Подкорковые структуры мозга, гипоталамус, лимбическая система опосредуют его, налагая свои ограничения на тип усваиваемых в процессе обучения агрессивных реакций. «Можно представить предельные случаи, когда поведение определяется только свойствами личности или только ситуацией: в первом случае это нечто специфически психопатологическое (агрессивный психопат), во втором — крайне автоматизированное поведение по типу «стимул—реакция». Но, как правило, в промежуточных случаях поведение обусловлено как личностными, так и ситуационными факторами и, более того, является при этом результатом взаимовлияния индивидуальных предрасположенностей и особенностей актуальной ситуации» (А. Бандура).

К настоящему времени предложен целый ряд определений агрессии. Во-первых, под ней понимается мощная активность, стремление к самоутверждению, внутренняя сила, позволяющая человеку противостоять внешнему напору (Ф. Аллан). Во-вторых, под ней подразумевают враждебные действия и реакции, атаки, разрушения, проявление силы при попытке нанести вред или ущерб другому человеку, объекту или обществу (X. Дельгадо).

Ученые различают агрессию (специфическую форму поведения) и агрессивность (психическое свойство личности).

Например, Басс определяет первую «как реакцию, как физическое действие или угрозу такого действия со стороны одного человека, которые уменьшают свободу или генетическую приспособленность другого человека, в результате чего организм другого человека получает болевые стимулы».

В настоящее время появляется все больше сторонников представления об агрессии как о мотивированных внешних действиях, нарушающих нормы и правила сосуществования, наносящих вред, причиняющих боль и страдание людям.

Не менее важно рассматривать агрессию не только в качестве поведения, но также и психического состояния, выделяя познавательный, эмоциональный и волевой компоненты. Первый — это понимание ситуации как угрожающей. Некоторые психологи, например Лазарус, считают основным возбудителем агрессии угрозу, полагая, что последняя вызывает стресс, а агрессия является реакцией на него. Но далеко не всякая угроза приводит к агрессии или провоцирует ее.

Важен и эмоциональный компонент. Будучи агрессивным, человек испытывает сильный гнев, ярость. Но не всегда происходит именно так, да и не всякий гнев подталкивает к агрессии. Эмоциональные переживания недоброжелательности, злости, мстительности нередко сопровождают агрессивные действия, хотя не всегда ведут к ним.

Не менее выражен в последних и волевой компонент — целеустремленность, настойчивость, решимость, инициативность, смелость.

Агрессивность — свойство личности, заключающееся в готовности и предпочтении использования насильственных средств для реализации своих целей. Агрессия — проявление агрессивности в деструктивных действиях, направленных на нанесение вреда тому или иному лицу.

Степень агрессивности бывает различной — от едва заметной до максимальной. Вероятно, у гармонически развитой личности агрессивность должна присутствовать. Потребности индивидуального развития и общественной практики формируют в людях способность к устранению препятствий, а подчас и к физическому преодолению того, что противодействует этому процессу. Полное отсутствие агрессивности приводит к податливости, невозможности занимать активную жизненную позицию. Вместе с тем чрезмерное ее развитие (как акцентуация) начинает определять весь облик личности, превращая последнюю в конфликтную, не идущую на социальную кооперацию. В своем крайнем выражении она становится патологией (социальной и клинической): агрессия утрачивает рационально-избирательную направленность и превращается в привычный способ поведения, проявляясь в неоправданной враждебности, злобности, жестокости, негативизме.

Агрессивные проявления бывают:

  • средством достижения определенной цели;
  • способом психологической разрядки, замещения блокированной потребности;
  • самоцелью;
  • способом удовлетворения потребности в самореализации и самоутверждении.

Жестокость — свойство личности, заключающееся в безразличии к страданиям других людей или же в стремлении причинить таковые, и осознанные действия, направленные на доставление мучений, страданий другим людям, чтобы достичь определенной внешней цели или самоудовлетворения. Непреднамеренные, неосторожные действия (либо неосознанные), пусть даже они приводят к самым тяжелым последствиям, нельзя назвать жестокими. Природа жестокости определяется побуждениями субъекта, когда причинение страданий служит мотивом или целью поведения.

Агрессивность и жестокость — свойства личности — формируются преимущественно в детском и подростковом возрасте. Первоначально они возникают как конкретно-ситуативные явления, источник которых — внешние обстоятельства. Агрессивные, жестокие поступки малолетних детей еще не определяются внутренней логикой их характера, а обусловлены сиюминутными побуждениями без учета и понимания их нравственного значения. Однако в результате неоднократного повторения такого поведения, когда отсутствуют должная его оценка и корректирующие воздействия, оно постепенно становится устойчивым, не связывается более с конкретной ситуацией, в которой первоначально возникает, превращается в черту личности.

У агрессивных лиц еще в детском и подростковом возрасте формируется готовность воспринимать, оценивать объекты, ситуации, действия других людей как угрожающие или враждебные и поступать по отношению к ним в соответствии с данной оценкой. Установочный характер подобного поведения проявляется в том, что оно регулируется не только на осознаваемом, но и на неосознаваемом уровне. Нередко жестокие, агрессивные действия не расцениваются человеком таковыми, а считаются естественными, морально оправданными (это обусловлено механизмами психологической защиты и самореабилитации).

Убийство или самоубийство, будучи формами агрессивности, — результат искаженного социального развития и неправильной психологической адаптации. Среди лиц, осужденных за насильственные преступления, практически все имели неблагополучные условия жизни в детстве и подростковом возрасте. Нравственная и эмоциональная обстановка в большинстве семей, откуда вышли эти преступники, не обеспечивала ребенку ровного, спокойного воспитания, не позволяла сформироваться чувству защищенности и собственного достоинства, вере в жизненные перспективы. В таких семьях 30% отцов злоупотребляли алкоголем, серьезные ссоры между родителями отмечались в 85%, а в 40% скандалы сопровождались рукоприкладством. Такие дети в 7 раз чаще своих сверстников ощущали равнодушие по отношению к ним, понимали, что ими тяготятся; их почти вдвое чаще наказывали, 30% детей родители сильно избивали.

Во многих подобных семьях существовала противопоставленность группы «мать—ребенок» отцу. Мать, воспринимая ребенка своим союзником в психологической войне с отцом, оправдывала любое поведение сына, в том числе и агрессивное. Когда внутри семьи возникают два враждебных лагеря, детям легче усвоить навыки агрессивного поведения. Это обусловлено тем, что наблюдение за агрессией и испытание ее на себе сочетается с высокой степенью готовности к его использованию с незамедлительным вознаграждением в виде одобрения со стороны матери. Благородно выступая на стороне слабой женщины — матери, ограждая ее от притязаний пьяного отца, подросток имеет основания считать свои действия морально оправданными, что, естественно, упрочивает складывающийся стереотип насильственного поведения. Таким образом, существенная роль в формировании навыков насилия принадлежит эмоциональному конфликту родителей и рано возникающей между отцом и подростком враждебности.

В большинстве случаев родители, вырастившие и воспитавшие насильников, относятся к типу обвиняющих. Если это сочетается с равнодушием, аморальным поведением отца и матери и применением ими физической силы как в конфликтах между собой, так и в отношении ребенка, то в силу детского подражания и отсутствия иного жизненного опыта ребенок убеждается: добиться желаемого наиболее просто благодаря грубому физическому принуждению другого. Здесь закладываются отличительные черты преступников, совершивших насилие, — вспыльчивость, злобность, мстительность, жестокость.

Дети из неблагополучных семей менее подготовлены к систематическим школьным занятиям, более возбудимы, раздражительны, что усложняет им усвоение школьной программы, приводит к трудностям и неудачам в учебе. Но вместо помощи и в школе, и в семье они слышат обвинения в лени, тупости, нежелании учиться, их наказывают. 60% осужденных подростков отмечали, что именно плохая учеба в школе чаще всего вызывала ссоры в их семьях.

Отсутствие одобрения и помощи со стороны взрослых (родителей, учителей) в ведущей деятельности — учебе — приводит к тому, что важнейшие потребности ребенка этого возраста — в одобрении окружающих, самоуважении — начинают блокироваться, постепенно создавая глубокий внутренний дискомфорт. Стремясь найти выход из подобного состояния, подростки пытаются компенсировать школьные проблемы бравадой, грубостью, нарушением порядка на уроках и переменах, драками. Таким образом, несостоятельность в учебе и отторжение от коллектива — еще одно крупное поражение на жизненном пути после первого, нанесенного родителями. Неудачи (фрустрации) объективно подталкивают к поиску других, доступных средств самоутверждения.

Образовавшийся в позитивной системе общения вакуум подросток пытается чем-то заполнить, он ищет и находит похожих на себя сверстников и в этой группе обретает общественный статус, получает возможность удовлетворить жизненно необходимую потребность в общении и признании. Если в неформальной подростковой группе насильственные действия обычны и подросток не только подвергался им, но и отвечал на них, он рискует закрепить поведенческие навыки агрессивности. Ссоры, драки между собой, применение физической силы при решении конфликтов с незнакомыми людьми укрепляют стереотип поведения, связанный с применением силы как средства разрешения споров.

Цель совместных действий в подростковых хулиганских группах — поиск спиртного, а также этическое и групповое самоутверждение в искусственно создаваемых рискованных ситуациях, своеобразная месть за личные неудачи, при этом жертвами оказываются наиболее беззащитные люди.

Нападению предшествует психологическая готовность совершить насилие, которую чаще других формируют лидеры, например, заявляя: «Надо кого-то избить». Замысел убийства до нападения обычно не обговаривается. Данный тип агрессивного поведения можно назвать охотой на беззащитных. Никакого повода не требуется, лишь одно условие непременно: уверенность в явном перевесе сил и в безнаказанности, поэтому нападения происходят в вечерние и ночные часы в безлюдных местах, а жертвами оказываются одинокие люди.

Мотивы обогащения, личной мести, ревности и самозащиты, как правило, отсутствуют, с помощью насилия подросток обычно пытается решить проблему своего самоутверждения. В детстве и в школе его статус был крайне низким, а при поддержке подобных себе приятелей он впервые чувствует, что может заставить с собой считаться, хотя бы на время превращаясь в хозяина положения, утверждает свою значимость путем насилия или хулиганства.

Следовательно, хулиганство, агрессия представляют собой перенос конфликта, сложившегося в семье, ближайшем социальном окружении, в совершенно иную ситуацию: избиение прохожего на улице, дебош, нецензурная брань в адрес незнакомых людей. Перенос неразрешенных конфликтов в анонимную беззащитную среду неслучаен: именно в этих условиях подростки могут выплеснуть свою агрессивность и добиться самоутверждения с наибольшими шансами на ситуативный успех. Для части молодых преступников жестокое убийство, помимо всего прочего, повышает сексуальную самооценку, позволяет самоутвердиться в роли полноценного мужчины — это типично для изнасилований, особенно групповых, проявляется в убийстве мужчин, которых раздевают, намеренно бьют по половым органам и т. п.

Юность быстро проходит, а с ней и потребность самоутверждаться на улице в среде сверстников, поэтому пик агрессивных уголовных действий, направленных на различное анонимное окружение (незнакомых людей), приходится на возрастную группу «молодые взрослые» и резко падает после 24 лет. Этот канал агрессивности исчерпывает себя, так как постепенно распадаются неформальные молодежные группировки, а у их участников появляются другие межличностные связи, прежде всего ориентированные на собственную семью. Для части молодых людей появление своей семьи становится мощным антикриминогенным фактором, в конце концов выправляющим возникшие в детстве и юности деформации. Но у многих семья, напротив, — зона проявления агрессивности и раздражения.

Известно, что подавляющее число тяжких преступлений против личности совершается в сфере семейно-бытовых отношений: как свидетельствует уголовная статистика, по этой причине происходит 70% умышленных убийств, из них, в свою очередь, 38% совершается против родственников, а 62% — против супругов.

Отвечая на вопрос, почему семья столь часто становится основным каналом реализации агрессивных действий, обозначим четыре ведущие причины этого.

  1. Опыт жизненных неудач в раннем детстве, в учебе и профессиональном становлении требует поиска новых сфер самоутверждения, способных «перекрыть» поражения, компенсировать их. Таким образом, ожидания, связанные с созданием собственной семьи, в этом случае изначально завышены.
  2. Выбор супруга, как правило, осуществляется из лиц определенного круга, а значит, не может кардинально изменить ни образа жизни вступающих в брак, ни нравственно-психологического климата в семье, ни характера будущих конфликтов.
  3. Члены собственной семьи являются наиболее уязвимым объектом для насильственных посягательств, поскольку она закрыта от многих форм социального контроля извне.
  4. Частота, длительность и непрерывность внутрисемейных конфликтов нагнетают напряженность годами, иногда десятилетиями, отсюда острые, опасные формы их разрешения.

Поводом для криминальных конфликтов со стороны мужей служили упреки женам в аморальности и отказе продолжать совместную жизнь, а со стороны жен — упреки мужьям в растрате заработанных денег, грубости, пьянстве и побоях. Ревность как мотив преступления указывают в 78% случаев, но в половине из них факт измены не подтверждается при судебном расследовании. Создается впечатление, что многие мужья скорее решатся объяснить охлаждение жены наличием любовника, нежели признать, что причина разлада кроется в них самих — в их невнимательности, пьянстве, рукоприкладстве, сексуальной грубости. Жена оказывается виновной во всех бедах, и на ней вымещается зло. Это тем более естественно, что инициаторами конфликтов между супругами вдвое чаще выступают жены.

Насилие как способ воздействия на жену в неблагополучных семьях стало хорошо освоенным средством. Им завершаются попытки разрешить конфликты иными способами (убеждениями, уговорами, угрозами). Когда данные способы не помогают, начинается крайняя фаза конфликта — физическое насилие. В нем также имеются свои стадии, и то, насколько быстро происходит эскалация агрессии, существенно зависит от прежнего опыта личности, который в данной ситуации актуализируется. Специфическая роль супругов состоит в превращении насильственных навыков поведения в повседневные, привычные, обыденные действия. Их первоначальная неэффективность толкает к более опасным поступкам: вначале бьют только кулаками, затем — всем, что попадет под руку.

Супружеские конфликты и умышленные убийства наглядно подтверждают тезис «насилие — оружие слабых». Здесь имеется в виду социальная ущербность личности. В самом деле, как утвердить свое положение мужа, отца и главы семьи мужчине, если примером личного поведения он служить не может, силой убеждения не обладает, обеспечить семье материальное благополучие не в состоянии (его карьера складывается неудачно), личную мужскую привлекательность утратил? Остается только перевес физической силы; физической агрессией достигаются смирение жертвы и самоутверждение. С падением последней опоры — семьи — нередко утрачивается смысл жизни, поэтому суицидальные попытки вслед за убийством предпринимали 30% преступников.

Особый интерес представляет агрессия взрослых людей, направленная против своих родителей. Это логически вытекает из семейного неблагополучия, будучи своеобразным продолжением конфликта с родителями, обозначившегося в детстве. Однако новая ситуация все меняет местами. Чем острее ощущается ребенком неблагополучие в семье, тем вероятнее, что, став взрослым, он направит агрессию на родителей. Такое случается особенно часто, если они вынужденно проживают вместе с теми, пьют спиртное или когда каждая из сторон стремится диктовать свои условия.

Если потерпевшая — женщина, она прибегает к оскорблениям, бытовым притеснениям, иногда провоцирует насилие, а преступник избивает ее. Если же потерпевшим оказался мужчина, то конфликты выливаются в драки. Все равно исход предрешен физическим превосходством более молодых над пожилыми и престарелыми. В итоге замыкается круг: воспитанный в неблагополучной, конфликтующей семье, не нашедший места в жизни и не сумевший создать собственную благополучную семью, получивший личные навыки насилия в неформальных группировках, субъект возвращается к родителям, ибо ему некуда деваться, и тогда криминальные агрессивные действия против родственников становятся следствием фактического распада группы «родители — взрослые дети».

Пребывание в местах лишения свободы, как правило, углубляет в характере осужденных агрессивность, озлобленность, подозрительность, формирует в их сознании образ агрессивной среды. Агрессия (в субъективной оценке преступников) должна упредить встречное посягательство и предотвратить его. Места лишения свободы воздействуют на личность осужденного так, что повышается вероятность агрессивно-насильственных действий с его стороны.

Наученный опытом давать постоянный отпор и защищаться от посягательств в преступной среде, он невольно переносит свои установки на свободу, отсюда неадекватность его реакций, повышенная враждебность и агрессивность при незначительных признаках реальной или мнимой опасности, при любых конфликтах, что может приводить к новым преступлениям и убийствам. Фактически 30% от всего количества осужденных за умышленные убийства ранее уже были судимы и отбывали наказание в местах лишения свободы.

Проследив типичное развитие агрессивности, реализованной в крайней степени (умышленное убийство), мы видим, что много различных социальных, семейных факторов усиливают ее природный уровень, который изначально, по биологическим причинам (особую роль играет мужской гормон тестостерон), выше у мужчин, чем у женщин.

Преступники, совершившие насилие, обладают, как правило, внутренне скрытым чувством собственной ущербности. Оно толкает их через агрессию повышать уровень самоуважения, выражать явно завышенное чувство собственного достоинства, стремиться к самоутверждению любой ценой (через унижение или уничтожение других). Это происходит при негативном отношении к общественным, этическим нормам и требованиям общества, а также при равнодушии к собственному будущему, отсутствии жизненных планов, повышенной эмоциональной импульсивности.

Среди таких преступников есть группа лиц, называемых агрессивными психопатами, чье антисоциальное поведение связано с определенными дисфункциями мозга, с недостаточно сформированной системой внутренних регуляторов поведения, с дефектным сознанием. В результате этого им свойственна импульсивная психопатическая агрессия, отличительными признаками которой являются:

  1. Невозможность сдерживать первое импульсивное побуждение, поскольку нарушены процессы саморегуляции.
  2. Невозможность представить последствия своих действий.
  3. Предельно ограниченный (обычно — кулачный) набор средств разрешения межличностных конфликтов в сочетании с повышенной жестокостью.
  4. Невосприимчивость к наказанию, т. е. применение к данной группе преступников карательных санкций дает обратный эффект, вызывает вспышку агрессивности.

Агрессивные психопаты часто совершают убийства, причем особо жестокие, незнакомых людей, детей без всякого повода. Это самый крайний вариант мужской агрессивности — бессмысленной и импульсивной.

Таким образом, агрессивность человека неоднородна, степень ее различна — от минимальной до максимальной, неодинаковы ее модальность и назначение. Выделяется ряд параметров агрессивности различной модальности, которые отличаются:

  • интенсивностью агрессии, ее жестокостью;
  • направленностью на конкретное лицо либо вообще на всех людей;
  • ситуативностью или устойчивостью агрессивных тенденций личности. Условно можно выделить следующие виды агрессивности:
    1. Антиагрессивность. Негативное отношение к любым агрессивным проявлениям; человек всегда старается примириться с другими людьми, считает для себя невозможным бить слабого, женщину, детей, калеку; в случае конфликта считает, что лучше уйти, стерпеть или обратиться в милицию, обороняется лишь при явном физическом нападении.
    2. Интринсивная, или условно-агрессивная. Она мотивируется удовлетворением, получаемым от выполнения условно-агрессивной деятельности (игры, борьба, соревнования), и не имеет цели причинить вред. Спорт — социально приемлемая форма проявления агрессии, своеобразная ее разрядка, а также способ
    3. самоутверждения, повышения социального статуса и получения материальных благ (для профессиональных спортсменов).
    4. Недифференцированная. Это слабое агрессивное проявление, выражающееся в раздражительности и скандалах по любому поводу и с самыми различными людьми, во вспыльчивости, резкости, грубости. Такие люди могут прибегнуть и к физической агрессии и даже совершить преступления на семейно-бытовой почве.
    5. Локальная, или импульсивная. Агрессия проявляется как непосредственная реакция на конфликт, человек словесно оскорбляет противника (вербальная агрессия), но допускает и возможность применения насилия и т. п. Степень общего раздражения меньше, чем в предыдущем случае.
    6. Условная, или инструментальная. Связана с самоутверждением; пример ее — мальчишеская возня.
    7. Враждебная. Устойчивые эмоции злости, ненависти, зависти; человек свою враждебность проявляет открыто, но не стремится к столкновению. Реальная физическая агрессия может активно и не проявляться. Ненависть бывает направлена как на конкретных лиц, так и на посторонних людей. Возникает желание унизить другого человека, к которому ощущается презрение и ненависть, чтобы добиться уважения окружающих. В драке подобный тип хладнокровен, в случае победы вспоминает ее с удовольствием. Свою агрессию может вначале сдерживать, а потом мстит (разными способами: клеветой, интригами, физически). В случае перевеса сил и безнаказанности способен пойти на убийство. К людям относится враждебно.
    8. Инструментальная. К ней прибегают, чтобы достичь какой-либо значимой цели.
    9. Жестокая. Насилие и агрессия выступают самоцелью; агрессивные действия всегда неадекватны, отличаются излишней, максимальной жестокостью и особой злостью. Для ее проявления достаточно незначительного повода. Преступления совершаются с исключительной жестокостью.
    10. Психопатическая. Жестокая и часто бессмысленная, повторяющаяся агрессия (так ведут себя агрессивный психопат, маньяк-убийца).
    11. Групповая солидарность. Агрессия или даже убийство совершаются из-за стремления следовать традициям группы, утвердиться в ее глазах, получить одобрение, показать свою силу, решительность, бесстрашие. Этот вид агрессии часто проявляется среди подростков. Военная агрессия (действия военнослужащих в боевых условиях, убийство врага) является социально признанной и одобряемой формой, связанной с групповой (или национальной) солидарностью. В ней реализуются социальные традиции защиты отечества или иных идей, например демократии, правопорядка и т. п.
    12. Сексуальная. Диапазон ее проявления широк — от сексуальной грубости до изнасилования или сексуального издевательства и убийства. Фрейд писал, что в сексуальности большинства мужчин есть агрессивность, желание подчинить, поэтому садизм — всего лишь обособление и гипертрофия подобного компонента.

Связь секса и агрессии подтверждается и экспериментально. Эндокринологи констатировали, что агрессивное поведение самцов и их сексуальная активность обусловлены влиянием одних и тех же гормонов — андрогенов, а психологи выявили, что выраженные элементы агрессивности присутствуют в эротических фантазиях, а отчасти и в сексуальном поведении мужчин. Вместе с тем и подавление сексуальных влечений, неудовлетворенность усиливают раздражение и порождают агрессивные импульсы. Подобным же образом отказ женщины удовлетворить сексуальное желание мужчины вызывает у того агрессию.

Условная агрессия и половое возбуждение, по-видимому, взаимодействуют у людей аналогично тому, как это отмечается у некоторых животных, взаимно усиливая друг друга. Например, у мальчиков-подростков эрекция часто возникает во время возни, силовой борьбы, но никогда — в настоящей драке. Любовная игра, когда мужчина как бы охотится за женщиной, преодолевая ее кажущееся сопротивление, возбуждает его, т. е. условный «насильник» выступает и как соблазнитель. Но есть группа мужчин, которые могут испытывают сексуальное возбуждение и удовольствие только в случае действительной агрессии, насилия, избиения, унижения женщины. Подобная патологическая сексуальность часто превращается в садизм, приводит к убийству.

Для диагностики уровня агрессивности следует воспользоваться опросником Басса—Дарки.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарий к статье

Войти с помощью: 

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Обнаружен включенный блокировщик рекламы

Мы не размещаем навязывающуюся, эротическую, шоковую и любую другую плохую рекламу. Сайт живет за счет рекламы. Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы для этого сайта

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: